Весь мир - театр.

Шекспир писал:

  Весь мир - театр.
 В нем женщины, мужчины - все актеры.
 У них свои есть выходы, уходы,
 И каждый не одну играет роль.
 Семь действий в пьесе той.

Потом он стал говорить про возраст и стадии человеческого взросления и старения. Я бы сказала о сцене.

Произвольно или специально, осознано или нет, признаем мы это или станем отрицать, мы актеры. Все. И нам нужны зрители. Каждому из нас нужен зритель, нужна аудитория. Живя, действуя и просто находясь в обществе, нащей целью становится найти своего зрителя.

Сами посудите, все наши поступки, речи, проявления направлены на других людей. Мы делаем что-то не потому что хотим. Точнее мы хотим, но не конечного результата, а на самом деле, реакции других на этот конечый результат, которого мы достигнем. Представим  на секунду, что мы сделали, добились, завершили какое-то дело, и результат нас вполне устраивает, мы даже довольны,а никто его не видит. И не кому о нем рассказать, не кому восхититься, похвалить, или просто посмотреть, пусть осудить, но не остаться равнодушным.

И что? Для чего мы это делали? И что делать дальше с этим результатом?

Для себя? Хорошо. Посмотрел на него, насладился, а что дальше?

 Хочеться. Ведь каждому хочется, чтоб его работу оценили. Вся наша жизнть состоит из отношений и взаимосвязей с другими людьми. Может, не из прямых и непосредственных, но таких, которые можно передать через предметы, поступки, через время. Для кого творили великие художники, хореографы, композиторы музыканты? Если бы никто не увидел их творения, каков был бы его смысл? Так же и с каждым из наших действий. Да, мы не сочиняем симфоний. Но наши действия и есть наши шедевры.  Мы пытаемся удержать нашу аудиторию каждым нашим поступком. И если нам удается сделать что-то хорошо, отчаяно желаем, чтоб многие это увидели и одобрили, подумали хорошо о нас,  зауважали, поклонились, стали фанатами, уважительно покачали говловой или просто промолчали  и позавидовали. И наоборот, если что-то не получается так, как мы того хотели, мы надеемся, что никто этого не увидит. И так велико наше горе, если кто-то, непроизвольно, узрит наше падение! Ведь нам важна аудитория, и важен зритель, особенно тот, который тоже является неплохим артистом, тот, у  которого тоже большая аудитория.

Блестящий тому пример –социальная сеть. Такое мобилное и гиперболизированное отражение нашей социальной активности. Что мы делаем, как мы живем, с кем дружим?

Итак, сегодня это верный способ проверить свою аудиторию. Да, там мы ее набираем, там мы для нее выступаем, там принимаем апплодисменты, цветы, восхицения, критику. И это прямое подтверждение нашей актерской сущности. Посмотреть наших друзей. Сколько у нас их в фэйсбуке, контакте, одноклассниках. Из всех, мы, от силы, говорим регулярно с десятью людьми.Еще, максимум, давадцать изредка интересуются, как у нас дела. Но у нас по 500 по 1000 друзей. Это наши зрители. Мы выставляем фотографии не просто для того,  чтобы у федеральной службы было больше на нас информации. Нам нужна оценка зрителя. Его одобрение. И мы его получаем. Выставили фотку, поменяли статус, скинули ссылку и - вот уже за минуту 100 фэйсбуковских лайков, сердечек контакта или пятерок с плюсом. Да, сокрушительные апплодисменты, овации, восхищения, БИС!Наша аудитория с нами.

Чем больше я об этом думаю, тем больше сама убеждаюсь. Кем бы вы ни были- самолето-строителем или писателем, что бы ни говорили, и как бы не утверждали, что вам просто нравится то, что вы делаете, вам кардинально важно одобрение зрителей.

Мы зависим от этого. Это наша цель- собирать аудиторию. Можно сказать, что смысл жизни нашей в том, чтобы оставить след. Но и говоря об этом, мы говорим о той же аудитории, потому что, чем она больше, тем больше след. Чем больше людей вас одобрили, оценили и запомнили, тем больше стала ваша аудитория и, следовательно - больше и важнее стал след, оставленный в мире.

Минус и плюс

-И долго ты собираешься убегать?

-Пока не будет безопасно.

-Безопасно? От чего?

-От тебя! Ты мой магнит. Мне нужно вырваться из твоего поля притяжения. Я думала, что я уже минус. Но кажется, еще плюс.

-И далеко?

-С каждой секундой все дальше!

-Мы увидимся еще?

-Наверно.

-Когда?

-Когда я изменю заряд.

-Зачем  его менять?

-Чтоб больше не тянуло.

-Разве это плохо?

-Для меня трудно.

-Почему трудно?

-Потому что нельзя.

-Можно.

-Нет, нельзя. Ты сам сказал. А теперь смеешься.

-Я не смеюсь.

-Мне больно.

-Мне тоже.

- Не повторяй за мной.

-Я не повторяю. Я так чувствую.

-Зачем ты это делаешь?Это жестоко!

-Что?

-Ты даешь надежду. Я не смогу оттолкнуться.

-Я не хочу чтоб ты уходила.

-Я тоже.

-Тогда почему?

...

-Просто не все должно быть так, как мы хотим…

              Ослабь поле, мне нужно оторваться. 

                         Мне будет больно. Сделай так, чтоб было легче...

Наши узкие дорожки

Как мы жестоки и невнимательны. Все.  Разве нет? Мы проходим мимо друг друга с безразличными холодными лицами. Мы спрашиваем друг друга как дела и не слушаем ответ. Он нам не интересен. Именно поэтому большинство из нас и отвечает – нормально. Нам не нужен другой ответ, не выгоден и безразличен. Разве не думаем мы, что нам хуже всех, сложней всех, что наши проблемы самые важные и нерешимые. Мы считаем, что весь мир должен крутиться именно вокруг нас, потому что именно нам так тяжело и невыносимо. А другим не понять у них все хорошо. Что вообще они могут знать о таких проблемах? И даже став свидетелями еще более тяжких проблем чужих жизней, нам совестно становится лишь на мгновение, дальше все снова застилает чувство "саможаления" и горькой обиды. А между тем, мы не объективны. У каждого есть своя боль в глазах. И она не зависит от ее причины. Мы думаем, наша боль сильнее, потому что нам тяжелей. Но мы знаем только наше «тяжело». Откуда мы можем знать тяжесть других, их боль и трудности. Ведь не достаточно знать одного факта проблемы. Ведь есть еще причины, побочные действия, есть личное состояние и реакция каждого человека. И то, что для одного может казаться пылью на плечах, для другого тяжкий, несносный груз.

 Мы не смотрим друг другу в глаза, мы этого боимся. Боимся увидеть там чье-то горе. Боимся, потому что увидев, мы станем соучастниками, и нам придется кого-то жалеть: кого-то другого, не себя. Мы не смотрим в глаза, потому что боимся просьбы о помощи. Как же решать чужие проблемы, когда своих погорло. И свои намного серьезней. И так, боясь столкновения с чужой болью, мы учимся скрывать свою. Напускаем вид сильных независимых людей, у которых все хорошо и, кому не нужна помощь. Мы не смотрим в глаза, потому что боимся, что они нас выдадут, они расскажут и о наших проблемах.  Да, пусть нам сложнее всех, никто не должен знать об этом, не так ли? Замазываем лица тональным кремом, красим ресницы, натягиваем улыбки, отвечаем на вежливые безразличные вопросы, сутулим спины и живем дальше. А если кто-то, по воле случая, становится свидетелем наших слез, упорно все отрицаем и утверждаем, что это всего лишь пылинка.  И сами не представляем, сколько мы врем. Да,врем постоянно. Врем, когда говорим добрый день или доброе утро, когда улыбаемся нехотя, когда спрашиваем как дела, и когда отвечаем. Врем, но не во вред, не из злых намерений, а потому, просто, что никому не интерено будет слушать правду. Потому что стало не принято говорить правду. Потому что о чувствах больше не говорят правду. И если кто-то скажет, его не поймут, осудят, и правда станет для него еще жестче.

Мы забиваемся в свои защитные шлемы, скафандры, спальные мешки, закрываем двери, окна, ставим пароли на телефоны, зарываемся под одеяла и подушки. Мы бежим от страха,что кто-то может проникнуть в них и потревожить наше спокойствие. Стоит лишь кому-то прикоснусться к границе нашего ореола, нас обдает электрическим зарядом, и начинает вопить тревога: «Попытка проникновения!». И мы съеживаемся, блокируем все пути, лишь бы попытка не повторилась, или, еще хуже, не удалась.  Страшно. Мы не доверяем.

Мы всего боимся. Боимся смотреть в глаза, говорить правду, боимся чужой реакции, косых взглядов, боимся безразличия и боимся настойчивого внимания, боимся чувств и боимся никогда не почувтствовать, боимся быть отвергнутыми, но сами все отвергаем. Боимся жить так как нам хочется и боимся думать о той жизни, которой нам хочется жить. Скованные в чувствах, действиях, движениях, мы следуем нормам и общим тенденциям, потому что боимся им не следовать. Всегда оглядываемся по сторонам, всегда готовы завернуться обратно в свой кокон и уйти, мы делаем то, что должны и думаем, что это правильно. Мы почти не дорожим тем, что у нас есть и яростно отталкиваем все новое, что может быть.  Идем по узкой дорожке, пытаясь никого не задеть и не потревожить, идем  так, чтобы никто нас не заметил. Идем, но очень медленно и очень осторожно...

Давайте быстрей!

Такое бывает.

Необъяснимо. Такое бывает. Бывает плохо. А потом из-за какой-нибудь мелочи, ну, просто из-за чего-нибудь, вдруг становится хорошо.

Вот идешь куда-то и сворачиваешь на какую-нибудь улицу. А там солнце. И оно светит прямо в лицо. И ты так опускаешь веки, но не закрываешь полностью глаза, а просто немного прикрываешь. И лучи начинают проходить сквозь ресницы. И такое чувство, что сейчас весь свет проходит через ресницы,но он не просто белый, а уже желтый и красный. Он проникает в тебя, и наполняет тебя теплом и добротой. И сразу становится легко. И ты забываешь на мгновение куда ты идешь. А потом вспоминаешь,и, возможно расстраиваешься, потому что тебе нужно куда-то идти, когда тут так хорошо и так бы и стоял и наслаждался этим целый день. Но потом успокаиваешься, потому что понимаешь, что улица длинная, и сворачивать еще не скоро, и можно еще насладиться этими ласкающими солнечными лучами. 

***

Или садишься на поезд, а настроения ехать куда-то совсем нет. Да и оставаться нет настроения, потому что понимаешь, что если остаться, будет еще грустнее. Ну и едешь, потому что не хочешь, чтоб было грустнее. Сидишь всю дорогу у окна, слушаешь знакомую музыку, которая уже тысячу раз была проиграна, и тут поезд поворачивает и тебе открывается прекрасная горная река, а за ней шикарный, густой лес. А небо облачное, чуть ли не дождливое. И все это покрыто серой пеленой, как в тумане. Но оно так красиво и так таинственно, что музыка начинает звучать по-другому, настроение улучшается. И уже кажется, что все не так плохо, и уже хочется ехать, и хочется думать что будет что-то новое, и ждать этого нового. 

***

Или идешь на гору. Пешком. Холодно. Далеко. Высоко. Все проклинаешь, жалеешь о том,что согласился идти. Половина пути пройдена, обратно не повернешь. А чем выше, тем холоднее. А на вершине вообще дубак. Но стоит оторвать взгляд от своих окоченевших пальцев - замираешь. Дует ветер, идет снег, но тут так красиво. Тут захватывает дыхание, потому что тут был не каждый, а ты был и видел. Тут простор, тут воздух и земля. И это не та земля,которую ты видешь с земли, это другая земля, её больше, она красивее, шире, лучше. Она берет тебя в плен, потому что на ней так много всего, что ты должен увидеть, рассмотреть, узнать. И не хочется уходить, пока не изучишь отсюда каждый её уголок. А ветер уже не дует. Чтобы почувствовать его, нужно вернуться в то измерение, откуда ты пришел. Но пока ты наблюдаешь этот пленительный пейзаж, забываешь о том измерении, и о той жизни, потому что эта манит своей величественной красотой. Тут рождаются хорошие мысли, к которым невозможно подобрать правильные слова. Им не нужны слова, они уникальны и непередаваемы.

***

Вот, я живу в городе, где часто идет дождь. И так, не то что грустно, но как-то уныло. Просыпаешься, и опять дождь. Смотришь в окно дождь. И это угнетает, потому что в дождь хочется зарыться под одеяло или сесть у камина с книжкой. Но надо выходить на улицу, идти куда-то. И выходишь. И идешь. И понимашь, что ну и что, что дождь. Пусть дождь, а ты идешь. У тебя есть дела. Тебе надо идти. Надо жить. И дождь для этого не преграда. И становится хорошо от осознания того, что ты противостоишь этим природным обстоятельствам, делаешь то, что запланировал, потому что тебе так надо. А потом, каким - нибудь ранним утром, когда все еще спят, видишь радугу. Она красивая, и она захватывает. А ты один со спящим городом, который она оберегает.

***

Раз уж я начала говорить о природе, не знаю, видели ли вы когда-нибудь звездное небо, будучи где нибудь в поле или в селе, ну там где нет фонарей и городского света. Это невероятно. Такое впечатление, что миллионы, миллиарды драгоценных камней подвешены на высоком высоком потолке на тонкие цепи. И все они как будто стремятся к тебе, как будто вот-вот оторвуться и полетят на тебя. А ты смотришь и не можешь оторвать взгляд. И кажется, что вот вот, сейчас они все упадут, и они уже приближаются, но снова застывают в невесомости. И только одной удается вырваться и полететь. И тогда ты, от неожиданности даже отступаешь назад, закрываешь глаза, собираешься, произносишь про себя свое желание, смотришь, а ее уже нет. И получила ли она твое послание или нет - неизвестно. Но все равно становится хорошо, потому что ты видел ее и увидишь другую. И снова зажмуришь глаза и попробуешь загадать желание. И снова не будешь знать, успел или нет. Но будешь надеяться, что успел. И оно когда-нибудь произойдет.

Обязательно произойдет. Не может не произойти. Ты же видел ее, и значит она тебя видела. И не могла не услышать твоего такого большого, огромкого и важного желания.  Она вырвалась. Теперь она свободна, счастлива. А значит должна сделать счастливым и тебя.  А остальные так и остаются висеть, подрагивая на своих серебряных нитях, ожидая своего полета. Может быть они ей тоже загадали...своё желание?